voencomuezd (voencomuezd) wrote in ru_klukva_ru,
voencomuezd
voencomuezd
ru_klukva_ru

Categories:

Маккарти Продакшнс представляет: «Стальной шлем» (1951) / «Примкнуть штыки!» (1951)


На пути изучения антикоммунистического кино 50-х мне пришлось повидать многое. Их снимали самые разные режиссеры и продюсеры, именитые и не очень. Но никто не внес большего вклада в это дело, чем знаменитый режиссер Сэмюэль Фуллер — бывший репортер и ветеран Второй мировой войны, чей стиль отличался склонностью к брутальности и хроникальности. Я уже разбирал его антикоммунистические агитки — нуарный шпионский триллер «Происшествие на Саут-стрит» и морской боевик «Ад в открытом море». Однако началась его деятельность на этом поприще одновременно с карьерой в кино, съемками в начале 50-х двух боевиков про Корейскую войну, которые сделали его популярными, чему немало способствовал его собственный опыт службы в Корее. А конкретнее — в 1951 г. Фуллер перешел к личной режиссуре и после пары боевичков снял для одной малобюджетной кинокомпании фильм «Стальной шлем», который ярко отражает суть антикоммунистического кино 50-х. Давайте же узнаем, как все начиналось.



Итак, Корейская война. Наш главный герой — простой американский сержант Зак с большой бородой. Как мы узнаем позднее из диалогов, его отряд схватили коммунисты, которые жестоко убили его товарищей, а его самого расстреляли. Не повезло. Но пуля прошла через каску, закрутилась и вышла, не повредив ему мозг потому что он слишком для этого мал. Повезло. Такова завязка этого великого кино о великой войне!





Но все это мы узнаем позднее. Пока что он приходит в себя посреди трупов товарищей и пытается развязать руки. Но тут вдруг чьи-то шаги... Это некий корейский подросток. Бородач спешно притворяется мертвым и, видимо, от страха и впрямь отключается, потому что пацан, разрезав ему путы на руках, с трудом его поднимает. Моментально придя в себя благодаря поганому монтажу, Зак освобождается и, едва поблагодарив пацана, сваливает. С трудом пацан уговорил взять его с собой. Так как пацан бывший американский солдат (!), Зак со свойственным ему военным юмором, дал ему прозвище «Короткострел».



По пути они испытывают на себе очередные страдания от коварства проклятых коммунистических северокорейцев. Те, маскируясь под простых монахов, которые молятся Будде, коварно обстреливают их!



К счастью, супер-снайпер Бородач тут же открыл огонь в ответ, попав в людей за укрытием с первого раза. Но даже тогда проклятые северокорейцы пытались pokaratь врага! Один из них, уже получив рану, очень неубедительно прячет театральным жестом нож в руке и пытается заколоть американского агрессора, прикрываясь одновременно просьбой о помощи. Но, конечно, Зак благородно забил его прикладом до смерти, а потом обнаружил под монашескими одеждами Настоящую Святыню — партийный значок...



По пути бородач и Короткострел, который носит на спине бумажку с молитвой Будде (других бронежилетов тогда в Корее не было) натыкаются посреди туманного леса на долговязого негра-санитара из медбатальона. Он подлатал Зака, заодно рассказав, что северокорейцы взяли его отряд в плен и тоже всех жестоко убили, а троих вообще изнасиловали сожгли в костре, он выжил только потому что им нужны были санитары. «Они ненавидят нас, потому что им так говорит Stalin!» — мрачно отвечает очень толерастый Зак.



Вместе они еще немного ходят по туманным, как Сонная Лощина, джунглям Кореи. И вот когда из-за саспенса уже кажется, что из кустов выскочит Рэмбо, наши герои натыкаются на еще одну группу отступающих. Отряд состоит из где-то полусотнидесятка человек, которые все как один крайне яркие персонажи... Это трусоватый и дрищеватый лейтенант Дрищ Дрискл; лицо японской национальности, бывший знакомый Зака, которого тот прозвал Буддоголовым; солдат Джо, который как Тенор в «Сталинграде» Бондарчука, может говорить, но не хочет; Пулеметчик, который таскает за собой в ящике орган погибшего полкового капеллана; и молодой дрыщеватый радист, который потерял все волосы в жестокой схватке с детской скарлатиной. И это все, что мы о них узнаем!!! Пробирает до глубины души, да? Дрискл просит Зака помочь его отряду добраться до своих. Но Зак, как истинный воин крови, презирает жалкого лейтенанта: «Смотри, лейтенант, там ничего нет, но рисовые поля кишат коммунистами, которые только и ждут, чтобы слопать тебя на куске хлеба и запить водкой с икрой!» (с)



Не успели они, однако, разойтись, как раздались выстрелы! Их обстреливают проклятые коммунистические снайперы на деревьях! Отряд в панике ныкается по кустам и палит в белый свет. Не выдержавший такого непрофессионализма Бородач подполз к Буддоголовому. Вместе они долго и напряженно ползали по кустам и вычисляли снайперов, а потом, встав спиной к спине, как в боевиках, таки загасили грязных гуков длинными и мегакрутыми очередями из автоматов! Зажмуривая, как профессиональные военные, при стрельбе глаза, хе-хей! Традиции фильмов 50-х о войне в Корее потом явно перешли в фильмы 80-х о войне во Вьетнаме!



Бородач решает присоединиться к этой компании убогих, раз больше не к кому, и продолжает отжигать горячими цитатками: «В следующий раз, когда увидите снайперов, сначала прицельтесь, а потом стреляйте — пока они не упадут!» «Не бывает достаточного количества боеприпасов!» «Носишь гель для душа? Ты один из этих, что ли?» и т.д.

Выйдя наконец из лесу, отряд находит дорогу, по которой отступают беженцы. Беженцев американцы, конечно, обыскивают — ведь бородач Зак знает, что проклятые коммунистические северокорейцы переодеваются в женскую одежду и заставляют детей играть рядом с объектами, которые бомбят авиацией. Поэтому американцам приходится убивать женщин и бомбить детей. На привале веселые шьютки о лысине радиста прерывает донесение рядового — он нашел труп американского солдата! Дрискл искренне опечален этим, а вот бородачу — по фигу. Заметили, какой он сердобольный, да? Все же Дрискл приказал хотя бы взять солдатский жетон с тела — и даже тут просчитался: трупы проклятые северокорейцы минируют, подло убивая несчастных американских солдат!



Ну что же, зато Бородач получил на халяву оставшиеся от солдата сигары в вещмешке, которые тут же поручил хранить своему рабу другу Короткострелу. Вскоре отряд наконец дошел до буддистского храма, к которому все это время стремился. Однако американцы не знают — в храме тайком схоронился крайне жесткий и принципиальный коммунист — майор в типичной северокорейской форме.



Войдя в храм, Дриклс обнаружил, что пацан уже зажег свечечки, встал на коленочки и стал читать псалтырь мантры здоровенной статуе Будды.



Какая отвратительная рожа... Да тут еще и корейская клюква. С кого лепили это? С Роберта З'Дара?



Первым делом лейтенант приказал людям относиться с уважением к культовому сооружению — не курить, не сорить, не плевать, грязными ногами не бегать ничего не трогать без необходимости, храм должен остаться в неприкосновенным виде! Отряд на это реагирует апатично — все тупо скинули вещи и улеглись отдыхать прямо на полу. Солдаты отдыхают, точат лясы, но... тут вдруг у лейтенанта выпала чека из гранаты! Помните, сколько шухера вызывал аналогичный случай в «На войне как на войне» с Кононовым? Да? Ну так вот, обломайтесь — тут ничего такого. Просто Буддоголовый сдирает гранату с пояса, вставляет чеку — хоп, хлоп, шлеп-шлеп — и все, держи, командир, гранату, пошли есть. Чтобы еще поразвлечься, бородач уговорил пулеметчика сыграть на органе, тот играет корейский национальный гимн, и радостный Короткострел, омерзительно фальшивя, долго его поет благодарным слушателям. После этого — еще один важный, смыслообразующий эпизод фильма: радисту пытаются отрастить волосы, для чего пацан молится за его здоровье, а Буддоголовый мажет башку грязью. Ты втираешь мне какую-то дичь! — заявляет радист, но япошка уверяет, что у его матери это получилось, получится и теперь.

В общем, пока режиссер забивал хронометраж, немого Джо прирезал в спину притаившийся в тени проклятый северокореец! И тот трагично умирает, при этом простонав «О, нет!» несколько раз с таким видом, будто ему не нож в спину воткнули, а он животом мучается.



Жмура обнаружил выгнанный на улицу за храп во время сна радист, который, конечно, поднял шухер. Все спешно обыскивают монастырь. Больше всех старается бородач, который обстреливает из автомата двери, прежде чем войти. Вот так наш великий герой чуть не пристрелили Негра... Увы, американцы так и не нашли убийцу. А пока они возились, он спокойно прошел наверх, дождался, пока все соберутся, и кинул им подарочек от Трудовой партии Кореи — ручную гранату. Конец фильма. Хэппи-энд!!!



Да нет, конечно, шучу, чека не выпала. В итоге Зак в поисках таки подранил за какой-то шестирукой статуей диверсанта! И вот красное отродье перед ликами собравшихся освободителей Кореи. Он не смущается пленом — он знает из радиоперехвата сообщений наших ребят, что его возьмут как языка. И даже бородач Зак проникается этим, так как за пленного ему дадут отпуск в Токио — высокопатриотично, правда? Пленному делает перевязку Негр. Дождавшись, когда они будут одни, кореец закуривает, наклоняется, добившись интимной близости, и доверительно говорит: «Я понял, что люблю тебя! Бежим в Пхеньян вместе!» начинает базарить — за жизнь...



Мол, как ты можешь воевать за них, когда у вас в стране расовая сегрегация и ты даже не можешь сесть на первый ряд в автобусе? Короче, а у вас негров линчуют!!!1 Зато у нас лучшие рэперы сто лет назад я не мог даже купить билет... — меланхолично отвечает Негр. Мол, рано или поздно, вода камень точит и т.д. А тебе какое дело, желтомордый? Даже кореец плюет на это в буквальном смысле. Следующей жертвой тлетворной коммунистической агитации стал Буддоголовый. Кореец также доверительно ему говорит: «У тебя глаза как у меня. Мы родственные души. Я люблю тебя, бежим вместе в Пхеньян, я твоя тян, ты мой кун! Они нас за эти глаза ненавидят» И дальше напирает на то, что американцы посадили японцев во время войны и вообще, там оголтелый расизм. Японцу трудно крыть, но он не поддается на вражескую агитацию. Мол, я хоть и японец, но американец и готов всегда ответить на ваши разлагающие разговоры американским strike в скулу! Осознав, что попал в непроходимо тупую команду военных маньяков, где агитация бесполезна, кореец замолкает.

На следующее утро Бородач с пацаном и корейцем собираются в путь. На прощание лейтенант Дрискл просит обменяться с ним касками — вдруг это принесет ему удачу. Добрый и благородный бородач на это отвечает ему чуть ли не руганью — какой ты на хрен танкист офицер, вот у меня в Нормандии был офицер! Вот он!... (и пошли пьяные байки про Чечню Нормандию). Пока они базарили, пацан вышел на улицу и... тут же его пристрелил снайпер с дерева! Снайпера, конечно, сняли, но — какая трагедия!!! — пацан сдох. Бородач от этого так проникся (хотя почему-то не сразу), что единственный раз за фильм отыграл ДРАМММММММММУ прямо в кадр.



Да, он же любил пацана... Это не сразу понятно, но в некоторых эпизодах проскальзывает. По головке хлопал, иногда даже пайковую шоколадку давал с профилем Гитлера. Кореец же, который, как уже нетрудно догадаться, умом не отличается, поднял бумажку со спины покойного. Там было написано: «Хочу быть как Человек-паук сержант Зак» Какая тупость! — хмыкает желтокраснозадый. Конец немного предсказуем — бородач в ярости его пристрелил. Начальство в лице лейтенанта, конечно, в ярости: «Если эти подлые, гнусные, кровожадные, жестокие, тупые, мерзкие крысы убивают пленных, это не повод делать так же!». Зак тогда осознал, проникся... и схватил недостреленного, заорав: «Если ты умрешь — я убью тебя!!!» Как я рад, как я рад, наш герой социопат.

Увы, срочно оказанная медпомощь с переливанием крови не помогла — коммуняка загибается. Напоследок он попросил слабым голосом прочитать над ним молитву. Ибо даже грязный коммуняка перед смертью обращается к Б-гу — к великому и милосердному Христ... э... то есть, Будде. В отличие от Зака, который уже не раз показывал нам свою доброту и великодушие, Негр сжалился над коммунякой и отпустил от имени Будды ему грехи... Интересно, какого черта все корейцы в фильме буддисты? Фуллер вообще в курсе, что христиан в Корее было больше, чем буддистов, а большинство простых корейцев вообще исповедовывало примитивный шаманизм? Что за тупая корейская клюква?

Казалось бы все, можно идти — но тут вбегает радист и дико орет: «Там миллионы красных!» Все бросаются на наблюдательный пункт, где радист в панике пытается вызвать командование. С трудом, но получается — и отряд по радио корректирует огонь своей артиллерии, которая шмаляет по корейским позициям. Все командование и стрельба артиллерии при этом показаны вырезанными кадрами из какой-то кинохроники. Радостный отряд спускается обратно, но Зак, как самый опытный военный, озабочен: «Если коммуняки додумаются, что мы корректируем огонь из храма, то каждая большая пушка от Манчжурии до Москвы будет бить по нам!» — говорит он. Ну? Ну и накаркал, падла.



Храм тут же обстреливают из всех орудий и одновременно на него бросается пехота. Разумеется, никаких миллионов красных не было, радист просто-напросто потерял голову от страха. Храм штурмует человек двадцать статистов с винтовками, снятые на разных планах. Некоторые еще и ржут в кадр.



Хе-хей, я сегодня буду убивать капиталистов, ура!

И в оставшиеся десять минут разворачивается просто адское мочилово в лучших традициях жанра «орки бросаются на пулеметы». Зак сидит в храме Павлова, где все взрывается, и отбивается от орд северокорейцев с божьей помощью (то бишь, прикрываясь Буддой) из автомата с бесконечным боезапасом. Орды корейцев, выбегающие из кустов, послушно падают от беспорядочных выстрелов пачками. Храм обстреливает хтоничный танк из картона, подкравшийся сзади, но его американские спартанцы уничтожают базуками. Артиллерия продолжает шмалять. Взрывы! Гром! Пулеметный треск! Стены пробиты! Бойцы бросаются за кем-то заранее заряженные пулеметы и начинают яростно стрелять через пробоины по красным ордам. Те, дико дергаясь, падают целыми рядами на бруствер.





Вы думаете, тупее быть не может? Может! Рэмбо хотя бы во время стрельбы патриотические речевки не читал. А тут Зак и Пулеметчик прямо во время стрельбы и уничтожения толпами узкоглазых недочеловеков вздумали поговорить за жизнь! «Кем ты будешь, когда вернешься домой?» «Священником!» (Правильно, и доход хороший, и делать ни хрена не надо) «Что такие как ты, делают на войне?» «Когда дому человека грозит опасность и он хочет в нем жить, он будет драться за него!» И на этих словах несостоявшийся поп-потрошитель, который приперся защищать свой дом в Корею, хватает пулю в живот и тут же умирает. Пораженный Негр напыщенно говорит: «Я убью этих узкоглазых желтожопых! Я не думал, что буду снова так воевать!», пафосно срывает санитарную повязку и начинает поливать из пулемета поганых красных гуков! Безумие экшна набирает обороты и вплотную приближается к «Дороге ярости»!





И тут происходит потрясающее! От нагнетания взрывов даже Зак не выдерживает и сходит с ума! На фоне черной стены он делает взгляд больного, бросает автомат и предлагает Дрисклу гнать с пляжа проклятых фрицев!



Однако очередной взрыв — и бородача оглушает! Ряды обороняющихся редеют! Они с трудом отбиваются от полчищ врагов в клетчатых ватниках, падающих на бруствер, на который падали минуту назад! Но вот наконец на поле боя остаются только трупы! «Боюсь, мы не можем их больше удерживать», — с серьезным лицом говорит Негр. «Там еще красные!» — отвечает обдрисклавшийся Дрискл и шмаляет из пулемета. «Еще красные» оказываются ровно одним северокорейцем, который тут же гибнет — но гибнет и Дрискл, который, даже получив пулю, до последнего с каменным лицом держался за гашетку и дрочил строчил.



Короче, выжили только желтый, черный и голубой лысый. Можно делать имперку, как раз в тему.



Ну, и еще Зак. В последние четыре минуты фильма к храму приходит армия, но уставшие бойцы не настроены на разговор, так что она... просто уходит. Напоследок Зак стоит перед могилами пацана и Дрискла и, махнув рукой, меняет стальной шлем с его надгробия на свой. А потом солдаты уходят к армии теми же кадрами из начала фильма. «И это еще не конец истории!» — обещает обнаглевший фильм напоследок.



Да-а-а-а-а... Такой воинствующей пропагандистской срани я давно не видел даже в фильмах 50-х. Трудно поверить, что это мракобесие снимал автор «Большой красной единицы» и «Шокового коридора». Сюжета нет, просто набор военных эпизодов и картонных персонажей, воплощающих расхожие типажи, борется с противостоящей коммунистической угрозой, кульминацией чего является ПТСР ветерана войны. Кстати говоря, эта схема потом один в один повторена Фуллером в «Шоковом коридоре», только там действие перенесено в дурдом, а типажи сделаны воинствующе антиамериканскими. Единственное, что объединяет эти сцены — слабая линия в виде связи Зака с пацаном. При этом сценарий, написанный лично Фуллером, набит самой гнусной и паршивой пропагандой. Затронуто все, что могло пойти в кассу на волне маккартизма: крутая армия, оправдание расизма со стороны негров и японцев, гнусные и жестокие северокорейцы, обман разлагающей коммунистической пропаганды, толерантность и религиозность американской армии... Справедливости ради, режиссура Фуллера с упором на саспенс, длинные проходы камеры, напряженные планы, жестокость, брутальность и драматизм, проявилась уже тогда — и поначалу она вытягивает ленту. Боевые сцены, из которых во многом состоит фильм, сделаны тоже неплохо. Но все равно его фирменного почерка тут мало и фильм он не спасает. Не способствует просмотру и убогое качество типичного B-муви тех лет. Так как фильм стоил жалкие даже по тем временам 104.000 долларов, то тут только 25 статистов и картонный танк. Туманные джунгли Кореи сняты в студии, а все остальное вообще в Гриффит-парке в Лос-Анджелесе. А особенно бесят регулярные дикие ляпы монтажа, типичные для бэшек того времени.

И тем не менее, фильм имел колоссальный успех, заработав сумасшедшие для тех лет 6 миллионов долларов, что я могу объяснить только актуальностью темы — это был один из самых первых фильмов о Корейской войне. В итоге студия 20th Century Fox оперативно заключила контракт с Фуллером на целых семь фильмов, один другого мракобеснее. Как и обещал Фуллер, он продолжил историю, закончившуюся в фильме. Следующей же его лентой в том же году стала «Примкнуть штыки» по какой-то там книге — еще один фильм о Корейской войне, с такой же фабулой, тем же реквизитом и частично даже теми же актерами! В частности, актер Джин Эванс, ветеран Второй Мировой, исполнивший роль Зака, снялся в нем же точно в таком же образе, хотя и под другим именем! Да твою мать, он даже в «Шоковом коридоре» снялся! Правда, американская армия втюхала Фуллеру насильно военного консультанта, который следил, чтобы тот не сказал ничего плохо про родную армию, а то из-за сцены самосуда над северокорейцем был большой скандал, особенно когда Фуллер ляпнул, что сам на фронте такое видел регулярно. Короче, патриотизм!

Начинается фильм, как ни странно, практически таким же посвящением американской пехоте, как и в «Стальном шлеме». Оригинальность налицо, да.



Вся завязка фильма плакатно, прямо в лоб, для самого тупого американского зрителя, поясняется уже в первые пять минут. Зимняя Корея. За кадром бодро дуют мотивы американского патриотического гимна. По локации ходят закутанные в камуфляж американские солдаты с винтовками на плечах. В штабной палатке сидит мегакрутой Генерал. Он так крут, что носит трофейную корейскую ушанку и не обращает внимания на рану, пока ему пришивают на место руку.



Разумеется, его просят эвакуироваться из-за ранения, но он без тени колебаний отказывается. Что неудивительно — отлично видно, что раненой рукой он двигает точь-в-точь как здоровой. Все остальные военные не уступают ему в стойкости:
— Генерал, по дороге меня обстреляли. Снайпер снял моего водителя.
— (безразличным тоном) Ранен?
— (еще более безразличным тоном) Мертв. Как ваша рука?

Обстановка для дивизии сложилась неудачно — надо отступать через реку по мосту под угрозой попасть аж целым двум дивизиям противника. Тогда генерал решает хитро обмануть тупых коммуняк и натравить их на одну одинокую роту, оставленную в арьергарде создавать видимость, будто она аванпост наступления. Но его штабные предлагают ограничиться взводом — потому что бюджет фильма больше не потянет так потери меньше... Да, американцы уверены — они настолько круты, что одного взвода хватит, чтобы отбиваться от двух дивизий.



Итак, вот вам и завязка — преступное американское командование, фактически равнодушное к жизням солдат, бросает взвод на верную смерть, чтобы прикрыть якобы стратегическое отступление. Куда смотрит американский ПУР! Это же обличение американского тоталитарного режима! Отдельно доставляет, что на касках в те времена американцы носили значок с гербовым орлом, которые до боли похож на герб Арстотцки.



Пока дивизия героев отступления уходит по дороге, 48 оставшихся смотрят ей вслед с довольно постным видом... Полупохоронная музыка за кадром вызывает в памяти невеселые ассоциации.



Сразу после этого взвод бросается крепить оборону так, как только может. Все же пять человек во главе с Бородачем не-Заком выслали в патруль, создавать видимость разведки. И вот могучая кучка тщательно шарится по расщелинам, мимоходом пристрелив раненого шофера на подбитом джипе, после чего все пошли дальше. Я не сразу понял, что хотя шофер был на американском джипе и с автоматом Томпсона — он северокореец, который пытался даже в последние минуты жизни уничтожить врага.



Суровые нравы войны иллюстрируются очень «оригинальным» приемом. Солдат Денно целится в блуждающего перед ним северокорейца в ушанке и с ППШ, но никак не может собраться с духом и пристрелить его. За него это делает другой боец. Бородач-командир, тем не менее, рад: «Поздравляю с удачным выстрелом! Помни — ты целишься не в человека! Ты целишься в коммуниста во врага!» (с)



Следующим делом спартанцы Пентагона ставят пушку на скале, попутно разговаривая о том, что Денно — капрал и легко может стать командиром, если все остальные офицеры подохнут. Веселый разговор прерывает мина противника. Разыгрывается короткая, но напряженная и яростная артиллерийская дуэль с северокорейцами. Миномет подбили, но подключилась тяжелая артиллерия...





Эй, секундочку, это что, те же китайские ватнички, что Фуллер юзал на съемках «Ада в открытом море»?!

Когда Фуллер снимал стрельбу — он на нее не скупился! Разрывы снарядов идут один за другим, буквально по взрыву в секунду. Камера дрожит при каждом разрыве, взлетают снопы искр, с неба валится земля, короче, Майкл Бэй был бы доволен. Расчет в панике скатывается по скале горохом и начинает кувыркаться по снегу. К счастью, снаряд пробивает дыру в скале, и так отряд находит пещеру, где можно укрыться от дождя вражеских коммунячьих лап.



Спустя пару часов по ней вновь щелкают пули! Отряд в ярости отвечает из всех стволов! Оказывается, это был разведдозор. Бородач лично спускается со скалы и убивает разведчика, а потом закатывает перебранку с дозором на холме, который проворонил его. Как оказалось, единственной жертвой был мирно сидящий возле миномета лейтенант. Голос в голове Денно говорит — «Ты умрешь через семь дней!» осталось двое! Ведь выше его по званию в отделении было всего три человека, и теперь одного нет... Трое офицеров легли на плоскогорье, один полег под пулей, и их осталось двое...

Ночь. Отряд продолжает крепить оборону: «Если на минном поле поляжет хотя бы двое коммунистов, от этого шума пол-Москвы можно разбудить!» «Если придут эти подонки, они должны умереть!» (с) Впрочем, мне больше нравится следующий диалог: «Мне сказали, что это будет операция по наведению порядка» «Тогда почему они не послали копов?» Это первый и последний момент в фильме, когда герои задумываются над тем, что они тут вообще делают в этой Корее.

Новоиспеченный командир, мрачный Сержант, начинает дрючить солдат, чтобы укрепить оборону. Тем временем во глубине корейских руд расчет пытается согреться — костер в пещере зажигать нельзя, дым не выходит. Бойцы говорят о боях, о том, как забавно пищат корейцы, когда умирают и о прочих веселых вещах: «Не понимаю этих узкоглазых» «Я слышал, что их накачивают наркотой перед тем, как пустить на нас» В радости от приятной атмосферы в отряде американцы чуть не устраивают драку. А под конец Бородач с явным удовольствием говорит, что им удается дурить северокорейцев и изображать полк, но скоро все закончится, и когда те все пронюхают, то пришлют танки. Но пока их нет — можно расслабиться. Видимо, поэтому никакой реакции со стороны солдат на эти веселые прогнозы и не последовало. Штирлиц знал, что запоминается всегда последняя фраза.



Бородач заодно призывает всех растирать ноги, чтобы не схлопотать обморожение и подкалывает Денно, растирая ногу ему. Тот говорит, что ничего не чувствует, доктор заключает, что грозит обморожение, Бородач явно ржет. Но тут Денно встает и... оказывается, что все это время... в общей свалке Бородач растирал ногу не ему, а себе!!! По идее, это типа очень впечатляющий момент, но почему-то вспоминается анекдот про шахтера: «Блин, в темноте ногу Сереги помыл!»



Ночью, дабы компенсировать недостаток экшна из-за жалкого бюджета, капрал и Бородач долго говорят о войне, и капрал рассказывает, как на учениях в академии он дважды облажался, вот и не прошел в офицеры. И теперь он мучается, что не потянет быть командиром. Это, мол, даже не я того старичка с ППШ пристрелил. А Бородач, матерясь про узкоглазых, служит ему психотерапевтом и убеждает, что из него еще выйдет первоклассный убийца и шовинист, который замочит немало узкоглазых коммуняк. Да, это и есть главный конфликт всего фильма, если до вас не дошло.

Тут и случай представляется — корейские медики прибывают на нартах с собаками за ранеными. Следует наглый самоповтор «Стального шлема»: «Если они стреляют в наших медиков, это не значит, что мы должны стрелять в их» (с). Вскоре корейцы благодарят их тем, что начинают дудеть в горны на всю округу. Это, видимо, какой-то особенно изощренный прием по психологическому изматыванию противника.



Но вроде сработало. Бородач таки заставил двоих бойцов принести горн и устроить ответку. Больше всего порадовало, что горн они добыли, убив вражеского пулеметчика и начисто проигнорировав собственно пулемет. Все прошло отлично, если не считать того, что попершийся за горном сапер (бывший радист из «Стального шлема») был в итоге ранен, и ему пришлось сделать переливание крови, а бывший в дозоре боец пропал, и за ним пошел новоиспеченный Сержант. Разумеется, у того оказалось обморожение, и пока Сержант его вытаскивал, сам попал под пули, пока товарищи в ужасе на это смотрели.



И что бы вы думали? Изрешеченный Сержант оказался настолько упрям, что довольно-таки бодро для смертельно раненого пополз в сторону своих! Бородач бросается в пещеру за картой минных полей — но… она у Сержанта. Тогда раненый сапер, которому переливают в полевых условиях кровь, слабым голосом говорит: «Пусть умрет за наши грехи! Я покажу, где мины...» Но вместо этого почему-то за Сержантом идет медик. И вот он ступает на офигенно тонкий лед на минном поле, где каждый шаг грозит смертью...

Конец немного предсказуем.



Тогда по тому же неверному пути идет другой доброволец — Денно! И проходит его с таким же сааааспенсом...



Нетрудно догадаться, что у него все получилось, но Сержант все равно сдох по дороге. Участь же недоспасенного дозорного вообще осталась неизвестна. Остался только один! — говорит Денно голос в голове. Двое офицеров гуляли в минном поле, один поранился немножко — другой остался одиноким...

На следующий день Бородач с помощью снеговика в каске вычисляет вражескую минометную батарею и успешно ее уничтожает. Равно как и вражеский пулеметный расчет, состоявший из явного америкоса.



Однако Бородач заметил, что Денно — был один, который не стрелял... Так что Бородач, отослав людей, орет на гнусного пацифиста, всучивает ему обойму и приказывает убить хотя бы одного человека. Далее примечательный диалог — солдаты кидают Бородачу предъявы, что он жалеет свое отделение, а тот показывает им на лежащее на земле ухо, которое ему бойцу только что отстрелили. Сразу вспоминается «Ад в открытом море», где герою за просто так отрезали палец. И это не сценарная лень, это повтор лучших сюжетных моментов!

Бородач звякнул на позицию по рации, узнать, не видит ли аванпост продвижения проклятых красных: «Я чую, что красные что-то готовят в своей коммунистической духовке!» (с) Однако на другом конце провода внезапно перестали отвечать... О боже, их убили прямо во время разговора коммунистические монстры-маньяки!



It's communist prunk, comrad!

Вместо того, чтобы позвонить другим постам и предупредить их, наивный Бородач долго теребит трубку и орет в нее. Конец немного предсказуем — северокорейцы уничтожили другие посты и стали обстреливать минометами лагерь с нашими американскими панфиловцами. Те в панике бросились в пещеру и на последних минутах спасли своей пулемет. Естественно, много взрывов, дрожи камеры и т.д. Это, видимо, и есть то самое прикрытие отступления от безумного натиска двух дивизий противника. После обстрела бойцы сидят, ждут девяти, согласно приказу, а санитар ножом вытаскивает из себя пулю — в общем, скукота. Если бы я был коммунистом, — медленно говорит Бородач, — я бы пил водку и ел борщ! пустил пулю в пещеру, чтобы она срикошетила.

Как мы уже знаем, бородач обладает даром Кассандры. Ну, и в итоге опять накаркал, балбес — тут же влетела пуля, которая срикошетила и попала ему прямо в живот. Товарищи в панике хлопочут над ним, пока Бородач сидит с каменным покер-фейсом. Идут гениальные диалоги: «Мы перебьем этих красных, это точно, Роб!» «Я уже труп!» — И действительно, Бородач умирает, не забыв, впрочем, передать командование Денно. Долгий и нежный... то есть, суровый взгляд двух офицеров крупным планом. Вот человек, в голову промахнулись, а в живот таки убили.

Начинается паника, люди кричат: «Я не хочу, чтобы из меня сделали китайские рисовые шарики и макали в русский чай!» Но Денно с каменным лицом говорит, мол, мы выполняем приказ и сидим до девяти — и этого достаточно, все притихают. Ну... Учитывая, что почти весь фильм сражений толком не было, приказ вроде выполнить несложно... И лишь когда они уже совсем собрались уходить, на сцену выступил аж ОДИН северокорейский танчик.



Так как это B-movie 1951 года, танковых атак волнами, как в «28 панфиловцах», не ждите. Танк идет один, пока перед ним осторожно шагает разведчик с ППШ. Время от времени танк стреляет, не двигая ствол, но брутальные взрывы разносятся по всем декорациям в кадре. Денно рассыпает людей по укрытиям, целится в разведчика, очень долго борется с собой, нагнетая сааааспеееееенс, но все же пристреливает его. Танк мгновенно обстреляли базуками и уничтожили (САМОПОВТОООООР!!!). Второй танк, застрявший где-то на заднем плане, тогда обстреливает американцев, но те убегают промеж взрывов (космодесантники отдыхают), не забыв пристрелить в яростной перестрелке с тройку наступавших корейцев, все как в тупых боевиках 80-х. Ну, а в последние три минуты измученный и несчастный арьергард (он же так страдал в этом фильме, да...) красиво переходит крупными планами под музыку через реку и присоединяется к своим. А Денно, который убил одного человека за всю войну, понимает, что таки сценарист дотянулся до него и он стал человеком-капралом.



Ну что сказать. От первого фильма это отличается только тем, что то была пропагандистская патриотическая срань, а эта — пропагандистская милитаристская. На сей раз вообще не ставятся вопросы патриотизма и защиты страны. Просто показаны те же персонажи-клише, которые участвуют в бесконечной войне и единственное, что составляет для них ценность — боевое братство, которому, по сути, и посвящен фильм. В остальном — та же рыхлая и неструктурированная история, набор военных эпизодов, которые объединены примитивной темой преодоления своей слабости главным героем. Режиссерски, правда, поставлено гораздо лучше благодаря бюджету, что позволило сделать упор на драматизм, саспенс и тяжелый военный быт. Но все равно, выглядит тоже как B-муви — хотя денег хватило на довольно убедительные декорации гор и пещер, а взрывы по-прежнему отличны. И даже грандиозного побоища, как в первом фильме, нет. А ведь фильм вдохновлен отступлением от Чосинского водохранилища под натиском восьми китайских дивизий в декабре 1950 г. Х корпуса ООН, где погибли 2500 человек и еще 1500 с трудом вышли к своим, потеряв много обмороженными и больными. Это было самое дальнее и сложное отступление в истории американской армии — и где это в фильме? Неудивительно, что в прокате он заработал всего лишь полтора миллиона долларов. Эффект новизны пропал, а больше выезжать было не на чем. Вывод — это далеко не те фильмы Сэмюэля Фуллера, которые надо смотреть, что, конечно, печально. А ведь у него есть еще фильм и про Вьетнамскую войну... Но этого я, пожалуй, смотреть уже не буду... Посмотрим, чем антикоммунистическое кино 50-х порадует нас далее.

Tags: 4) Какая-то другая ягода, 5) Клюквоведение, а) Кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments