voencomuezd (voencomuezd) wrote in ru_klukva_ru,
voencomuezd
voencomuezd
ru_klukva_ru

Categories:

Печатание / Printing (1990): баптистское подполье против советского гестапо

Вы помните еще великолепный и блистательный приключенческий фильм 80-х "Золото, прошедшее сквозь огонь"? Нет? Так я напомню. Это религиозная пропаганда от какого-то евангелистского коллектива в США, который в разгар перестройки снял за копейки драму о советском христианине-диссиденте Петьке Смыслове, сбежавшем из трудового лагеря через Финляндию в Америку, чтобы стать американцем. Глупая и нелепая агитка, тем не менее, местами нехило веселила пропагандой и клюквой.

Однако на днях я с удивлением узнал, что тогда же конкурирующая фирма решила не отставать - и сняла свою версию на ту же тему: религиозное сопротивление монстру коммунизма! Речь идет о фильме с простым названием "Печатание / Printing" (1990). Он выглядит как копия "Золота": тоже ультрадешевый, тоже снят верующими энтузиастами, тоже смешивает аутентичные локации с американским реквизитом, и тоже убог, смешон, нелеп и клюквенен. Его сняла великолепная киностудия Unusual Films, организованная... баптистским Bob Jones University? Совместно с Northland Baptist Bible College? И во всех без исключения ролях снялись учащиеся и преподаватели этого университета? Ну, явно авторитетные конторы, такие веников не вяжут. Напомните, кажется, это они спонсировали "План 9 из открытого космоса" Эда Вуда? К счастью, как и "Золото", этот фильм перевели наши единомышленники западных сектантов и выложили на ютуб. К сожалению, фильм там просто в ужасном качестве и с размытой картинкой, так что терпите - Иисус терпел и нам велел.



Фильм вначале говорит нам, что он основан на реальных событиях - опыте христиан в СССР, которые уже 60 лет до перестройки сопротивляются диктатуре. Куда-то в деревню прибывает автомобиль, в котором явно сидит гэбня. Она начинает ломиться в дверь домика с криком: "Откройте, милиция! Покажите регистрацию!" Так как хозяева слишком медленно шкандыбают к дверям, гэбня, чтобы не умереть от старости, взламывает с помощью милиционера двери и проходит внутрь. Самый главный чекист в очках замечает, что бабуля семейства в испуге садится на стул и понимает - вот где сокровища! Вот где похоронные деньги или типа того! Дав в печень папаше, который пытался качать права, он перевернул стул - и оказался прав! - под ним был погреб с подпольной типографией, в которой местные религиозные фанатики печатали Библию! Печатника из запрещенной религиозной организации моментально арестовывают.







После небольшой вставки с документальными видами советского Ленинграда нам говорят, что это 1986 год. К обычной советской остановке выходит простая babooshka, под личиной которой на самом деле скрывается подпольная баптистка!







Ин Совьет Раша 100% женщин носит платочек типа babooshka!





В местной баптистской церкви прихожане жалуются настоятелю Александру Юрченко, что власти лютуют! Мало того, что они накрыли несанкционированную типографию, где люди работали без официального оформления и санитарной справки, так еще и притесняют по мелочам! Библий дают мало, в них типичный defitsit, кгбшники установили религиозные службы по талонам, не больше одной в неделю... Короче, святоши ноют, что их посадили на голодный паек: "Мы голодаем, святой отец!" (с)



Тут подходит давешняя бабулька. Она принесла Юрченко маляву от печатника Николова, которого держат там, где и положено быть авторам таких киношек - в закрытом стационаре КГБ, где ему под прикрытием лечения межушного ганглия компостируют моск. Ничего, это ненадолго - максимум года на два, - заявляет бабулька. И чтобы поддержать морально собрата, дорогой Юрченко пишет ему письмо, где советует платить и каяться. Перед властями. В общем, вы поняли - Юрченко коллаборационист.

А в это время Николов отдыхает в удобном закрытом стационаре, страдая головой под сенью соцреалистических плакатов!



Один новенький уборщик Дмитрий, проходя по коридору, видит передовые методы лечения - трепыхания какого-то припадочного на койке, которого врач анестезирует надежным ударом в печень. Охреневшего от такого уровня развития советской медицины Дмитрия тут же хватает санитар в военной форме под халатом и с кубинской сигарой. Водку, наверно, в кабинете оставил. И говорит ему: "Ubirat! TY DOLZHEN UBIRAT!!!!" - ну или что-то в этом духе.



А в это время начальство допрашивает Николова в комнате с табельным портретом Ленина в углу и RED ZNAMЯ на потолке - тут даже в пространстве дефицит. Тема разговора - можно ли считать верующего евангелиста вменяемым человеком по определению (ответ ясен, что нет, но в какой степени?). Николов уверенно отвечает - спокойно, посоны, я нормальный, у меня и справка есть - целая коллегия судебных психиатров подтвердила. То, что вы были нормальным - не ваша заслуга, а наша недоработка, - заявляют ему психиатры. Нужно более тщательное ректальное обследование! Но держать тут под наркотой нашего не-психа не собираются - больно дорого, а стационар и паек не резиновые. Поэтому главврач дает честное благородное слово, что Николова отпустят, если только он даст клятву на крови христианина, что не будет печатать Библии. НОООООООООООООООООООУУУУ, БЕСЧЕСТНЫЕ УБЛЮДКИ! - вежливо отвечает Николов. Мне честь дорога! Доктора понимают, что он реально больной и невменяемый и решают его полечить. Кое-чем влажным, мягким и неприятным.



Итак, его аккуратно положили на лавочку и после долгой нудной возни подвергли жестокому истязанию!.. стали... обматывать мокрыми бинтами. Да, а вы не слышали о таком? Когда ленты высыхают, они скручивают больного, повышая давление, так что аж межушный ганглий лопается. Я боюсь представить себе, как мучаются в советских больницах те, кому ставят горчичники и банки.



Николов, однако, героически терпит эти муки и бормочет под нос путаную короткую молитву. Покайся, ибо грядет! - шепчут ему в злобе врачи. А вот хрен вы угадали! - кротко отвечает Николов и показательно начинает молиться и поститься. Тогда злобные и бессердечные доктора идут на еще более жестокое преступление - включают на лицо нашему мученику все лампы в кабинете! Но и эта гнусная коммунистическая пытка не срабатывает - Николов держится стойко, как христиане на арене Колизея!!! И разочарованные врачи-убийцы вынуждены пока отступить.

После этой самой скучной и безболезненной пытки в мире гордый уборщик-Спайдермен решает - НАДО БАРОТЬСЯ! Он тайком, как ребенок за вареньем на кухне, проникает ночью в палату и пытается поговорить с Николовым: "Товарищ! Товарищ!" Какой-то припадочный с испугу начинает орать на него, что он убийца, палач и Сталин - как видите, у него реально беды с башкой, советская медицина не врет. Но Николов оказался более вменяем и разговорчив. Почему ты стал хорошим самаритянином? - спрашивает он доброхота. Оказывается, по ПОТРЯСАЮЩЕМУ СОВПАДЕНИЮ - уборщик Дмитрий это сын того самого Юрченко! Он презирает своего отца-холуя и желает БОРОТЬСЯ! Но Николов, который уже в лагерях привык к истязаниям и доминированию людей в униформе, понял, что все от бога.

Тут приходит давешний санитар с сигарой, и перед ним пришлось сыграть в очередной сеанс БДСМ для отвода глаз. Поняв, что поциент буйный, санитар пообещал ему отдельный курс лечения. И не соврал! На следующее утро Дмитрий под драматичную музыку видит, как Николова тащат дюжие люди - в страшный и опасный закрытый бокс, где с поциентами делают неизвестно что. Возможно, мажут скипидаром ректальный выход в целях лечения воспалительного диссидентского нерва.

А тем временем на улице родители Юрченко сидят в автомобиле с номерами Ленинградской области перед какой-то кирпичной убогой халупой - подразумевается, что больницей. И ждут, пока обычный советский милиционер перед шлагбаумом изволит покурить. Проклятые коммунистические тоталитаристы, вы даже в этом угнетаете верующих!!! Наконец им удается проехать, и они за кадром перемещаются с сыном в родимый дом с фарфором и самоваром.







За семейным ужином они узнают, что под влиянием мировой общественности власти разрешили приехать к их общине какому-то американскому проповеднику. Но Дмитрий негодуэ и не хочет идти на контакт с отцом. После долгой болтовни они наконец попадают на пресс-конференцию, где румяный отмытый попо-ведник радостно объявляет, что веяния перестройки дошли и до них, и власти разрешили привезти груз Библий из Западной Европы.





Все, конечно, очень радуются - потому что в общине Библия была до этого только у Юрченко, и тот ее всем давал на время за деньги. Аудитория сдержанно аплодирует, подтверждая заверения советских властей в отсутствии давления на религию. Заверения давал лично министр по религиозным вопросам СССР - да, есть, оказывается, такая должность - генерал в штатском с простой банальной фамилией SMIROV.



Но некоторые несознательные поциентки разворачивают плакаты на грамотном английском и смеют кричать, что Большой брат запрещает иметь Библии! Что дальше? Сегодня Библия - завтра Гарри Поттер - послезавтра этикетка от шампуня? Что будут читать наши дети в библиотеках и родители в туалетах? В едином порыве встанем несокрушимой дланью на защиту дела великого вождя Иисуса Христа, братья и сестры!



Естественно, бабу уводят, плакат непонятным образом оказывается в руках охреневшего Дмитрия, а снимок с ним оказался у всех журналистов на пресс-конференции. Власти, увешанные георгиевскими медалями, поражены.



Смиров понимает - нужны MERЫ! Он надевает военный мундир генерал-полковника с орденом Отечественной войны и орденами Ленина и Октябрьской революции на разноцветных колодках, возвращается в свой украшенный RED ZNAMЯ кабинет, достает водку Библию и долго ее изучает. Изучает... тупо глядя на обложку - сразу виден профессионал по делам религий. Он вызывает помощника, лейтенанта Гущина и спрашивает - ты читал это? Тот - навытяжку: "Товарищ генерал, это веяние западной культуры, ее учения не может быть в нашем обществе, советский человек отвергает..."





Смирнов яросте и кричит, что это булшит и демагогия!!! В СССР появились печатные Библии! А Смиров люто, бешено ненавидит христиан и хочет их всех уничтожить. Для этого он вызвал Юрченко, который оправдывается, что они с сынком ту сумасшедшую с плакатом не знают - мало ли оглашенных активисток в движе? Угрожая ему, Смиров приказал приструнить сына. Он его с большим удовольствием вообще бы арестовал, но перед западными партнерами неудобно. Но это всегда успеется: "Политики приходят и уходят. КГБ всегда остается. Сколько мы существуем, мы решаем, какая политика реальна" (с Фонд Золотых Цитат).



Но Юрий не может оградить от опасности даже своего сына, который вопреки настояниям связался с неким очередным диссидентом по имени Юрий Айзенпберг - явный баптист по фамилии, кто спорит. Паралельно сюжет вечно бросает нас к жене Николова Ангелине, которая приехала к товарищам по общине куда-то в область. Именно здесь, на чердаке какой-то халупы, и будет организована новая мастерская по производству святой самогонки Библии.



Тем временем Дмитрий и Айзенберг обсуждают вопрос о КГБ - Дмитрий ноет, что КГБ лютует, несмотря на perestoyka, а Айзенберг признался, что хочет тупо свалить в Израиль. Ради будущего веры своих детей и жены - он как раз недавно женился. Интересно, как он будет вывозить жену, потому что этот долбойоп женился только через священника, а не ЗАГС - но не суть. После знакомства с его женой Диной Дмитрий ноет, что государство не дает им работы, угнетая за их прошлое. Тогда, окончательно доказывая, что этот фильм твердо намерен оправдать и облизать всех противников коммунизма, Айзенберг предлагает ему стать, как он - фарцовщиком и спекулировать джинсами. Ведь вы же знаете, что в фарцовщики шли исключительно угнетенные коммунизмом диссиденты, которым не давали работу...







На ближайшем черном рынке, где торгуют очень скудным реквизитом фильма, Дмитрий загоняет джинсы - но случайно узнает ту самую мамзель с плакатом! Та его сначала пыталась отшить, но маньяк увязался за ней аж в автобус и ее пришлось удовлетворить... любопытство. Так он познакомился с девушкой Галиной, у которой отец только недавно вышел из GULAG, так что она ненавидит режим. Дмитрий смог таки выбить у неразговорчивой сектантки адресок их клубной церкви для встречи на пати. Адрес простой - сесть на маршрут 12 и ехать до конечной, там в полдень все покажут. Главное - держать в руках 22 утюга, расставленные в шахматном порядке.



(пропускаем три минуты демонстрации работы подпольной типографии). Дмитрий пошел на остановку, где до него стал доебываться какой-то хмырь. Оказалось, что он тоже из этого христианского подполья, он дает ему синюю таблетку и говорит идти за белым кроликом к Галочке, но осторожно, а то придет агент Смит из КГБ и забанит. Явка в подпольной церкви оказалась где-то в лесу на полянке - здесь евангелисты собираются, почти как революционеры на маевках при царе. Но все легально - проведение религиозных церемоний соответствует Конституции. За соблюдением свободы совести строго следит товарищ из КГБ с молчаливым милиционером.







Церемония идет в буквальном смысле в реальном времени. После того, как вся эта толпа наконец допела свои унылые стоны, а я успел выспаться, всех присутствующих приглашают к праздничному столу. Все жрут святой хлеб и бухают святое вино, чтобы поиграть в святое домино - но тут вдруг подлетает черная Волга, роль которой исполняет какой-то седан! Из нее вылетает лейтенант Гущин, которого внезапно повысили до майора (поднялся за отличие?) и заявляет, что это несанционированное собрание, так что всем немедленно разойтись! И хотя отрядов ОМОНа, как это нынче принято при демократии и гласности, что-то незаметно, Гущин угрожает им разгоном. Проповедник пытается саботировать и продолжает службу, но злобная гэбня неумолима! Где-то три-четыре мента и столько же кгбшников винтят проповедника и начинают старательно пинать и толкать толпу, которая медленно расходится, как будто состоит из аутистов. Сразу видно, что это агнцы божьи - полная параллель с пастухом, который силой разгоняет овец на пастбищах.



После того, как бараны все-таки медленно и неспешно разошлись с жестоко разогнанного празднества, генерал Смиров лично наведался в подпольную типографию, которую, конечно, все равно накрыли. Но Николова, который после освобождения из тюрячки взялся за старое, поймать не удалось - так что Гущину делают за это втык. И приказывают найти его любой ценой - иначе вместо дырки, которую Гущин готовил для ордена, ему придется придется подставить другую дырку... И Смиров прав - Николов, временно освободившийся из тюрячки, бродит по деревням под видом сантехника и ищет новое арендное помещение для типографии, чтобы без обязательств и микрокредита, а еще лучше - без официального трудоустройства и ТК.

Тем временем Дмитрий и его проводник-Морфеус таки дошли до деревни. Дома они долго пиздят о роли религии в общественных изменений и предназначении нашего Дмитрия, которого явно намечают на роль местного то ли Нео, то ли еще кого. После доброго часа этой болтологии Дмитрий понял, что он проникся и готов перейти на сторону Силы - и просит у папы крестить его. Отец в умилении! Все радуются, все обнимаются, плачутся, целуются, валятся с ног, падают на пол, снимают одеж... А, нет. Нет...

В общем, папа признается, что вообще крестить до 30 запрещено лично КГБ - но он готов его тайком крестануть. Однако молодому дебилу бьет в голову святая моча, и он заявляет, что будет бороться за право креститься публично! Отец настаивает - только контрафакт, только серые схемы. Сынок горюет и проливает ведра слез. Драма увеличивается по параболе! Не хватает разве что музыки из "Жди меня". В конце концов Диму сажают в реку по горло и крестят в присутствии всей местной общины - очень тайно, да, как подпольщики из еврейского гетто.



Событие Дмитрий отпраздновал, сходив в булочную за хлебушком. Но он не знал, что за ним лично следят офицеры КГБ! С максимальной секретностью!!





Да, ин Совьет Раша КГБ следит с помощью шпионов в шляпах и плащах и фотоаппаратов с огромными увеличителями. Надо было еще надеть каску с ветками и раскрасить рожу в зеленый - для большей незаметности!



Далее просто потрясающая сцена! Чтобы дать уйти Дмитрию, Морфеус жертвует собой, точь-в-точь как в Матрице, и уводит за собой агентов Смитов. Те преследуют его на черном седане и влетают на полной скорости на машине на склад, где на них прет американский грузовик Студебеккер. В панике агенты уворачиваются и влетают в строительные леса, которые падают на них. Гэбню, конечно, не жалко, но - бетонными кирпичиками малешко завалило и самого Морфеуса! Аж насмерть - только рука с большим пальцем торчит. Бедный Дмитрий прибегает, чтобы спасти Учителя - но напрасно, он уже со своим кумиром на облачках. Под пулями очнувшегося агента Смита, которого не смущает ситуация и он открыл огонь из окна (!), Дмитрий тырит у Морфеуса деньги и часы замотанный в газету сверток и убегает. Ни фига себе сходил за хлебушком, да?



Что же было в свертке, хотите вы знать? Печатная матрица из Библии! Так Дмитрий узнает тайну Матрицы и Сопротивления. Ты должен понять - Библии нет! - вещает женушка покойного (скорее всего, ее зовут Тринити) - но ты можешь ее создать, если подчинишь Матрицу! Дмитрий понимает - он Избранный, и они вместе с Тринити тайно приезжают в пригород, чтобы подчинить себе машины с помощью пифии Галины и оракула Николова. Который оказался ее отцом!!! (включаем музыку из Санта-Барбары).

Эти три начинки для полиэтиленовых мешков пиздят еще три часа - и наконец Дмитрий присоединяется к подполью и помогает им делать Библии. Чтобы перевезти бумагу, он пошел к Айзенбергу, и тот по доброте душевной дал ему свой личный грузовик. Который кагбэ напоминает ЗиЛ.



Но и Гущин не дремлет! Ему удалось найти у трупа Морфеуса автобусные билеты, а на квартире - мандарины посреди осени. К счастью, во всем Ленинграде только один-единственный магазин продает мандарины посреди осени благодаря хищениям социалистической собственности в Министерстве - какой-то мелкий заштатный курятник за рекой. А на фотках покойного, которые этот идиот так и не выкинул, хорошо видна подходящая крепость, которая сужает зону поисков до пары домов. Так что блестяще написанный детектив по-баптистски близок к завершению.



Смиров сдает сынка самому Юрченко и угрожает, требуя сдать Диму, а для закрепления даже разбивает в церкви лампу. Но у отца взыграла гордость в одном месте, и он пафосно и героически отказывается! И ломает лампы сам! Герой! ГЕРОЙ!!! Причем делает он это, когда его никто не видит, потому что он ГЕРОЙ!!! И Юрченко буквально перерождается, как апостол Павел! Ему удается узнать от Айзенберга адрес типографии - "Октябрьский мост, за рекой". Очень точный адрес, не сомневайтесь.

И таки да! В деревне прибывший с оперотрядом Гущин уже хочет обыскать дом, но тут грузовик с Дмитрием рядом срывается с места! Гэбня за ним! В лучших традициях милицейских детективов СССР разворачивается динамичная погоня под героическую музыку! Гущин по радио говорит - всем постам, всем постам! Задержать грузовик! Преступник - религиозный экстремист, он вооружен библией и очень опасен для мозгов зрителя! Длинная и пафосная погоня заканчивается тем, что... грузовик тупо остановился перед "линкольном" генерала Смирова, который тоже поехал на задержание (а почему нет?)





Естественно, героические подпольщики обдурили советское гестапо - в ящиках всякий мусор, а пока все бегали за Дмитрием, в домике успели упаковать библии. Одну специально через пацаненка переправили Галине, которая дежурила на катке невдалеке. В разгар беготни в дом прибегает Юрченко. Его пытаются выставить, но встреча Николова и Юрченко таки состоялась. Два старых козла в спешке пиздят четыре часа (а без спешки пиздели бы все сорок), и наконец Николов простил и отпустил коллаборанта. Тут как раз прибегает и гестапо. Оно ломится в дом, но Николов и Юрченко успели сбежать через телефонную будку Матрицы... ой, то есть, слуховое окно на чердаке. Нагнетается саспенс, успеет Смиров их схватить или нет. Саспенс и напряжение нагнетаются... нагнетаются... нагнетаются с энергией больного паралитика из дома престарелых. Чтобы дать уйти Николову, Юрченко намеренно попадается конвою. Наш оракул тогда трусцой бежит в сибирские морозы - через речку, через лес, на каток с толпою - и исчез! Вот так наш Штирлиц в сороковой раз обманул советское гестапо. Ну, а Дмитрия привезли в дом на лимузине с надписью "МИЛИЦИЮ" на боку.





Смиров суров и разъярен из-за провала. Он прямо на месте решает конфисковать дом и отдать государству - власть КГБ и не такое может! Конец счастливый - Дмитрия сажают в машину под арест, а отец из окна кричит ему, что любит его и Христос воскрес! И теперь он будет ждать его, пока тот не вернется, как Люба - Юрия Деточкина! Христов воскрес, оле-оле-оле!!! А Николов с дочкой спокойно катаются под красивую музыку на катке и ржут над старым лохом.

Титры говорят нам о судьбах персонажей. Айзенберги свалили в Израиловку, Юркевича посадили в дурку и там он превратился в овощ, Дима отсидел положенное в Гулаге аж до самой перестройки (действие было в 1986 году, то есть, максимум года четыре), переписываясь с Галочкой, а все остальные так и спекулируют Библией потихоньку. И в конце цитата из Библии на русском: "Знаю твои дела; вот, Я отворил перед тобою дверь, и никто не может затворить её; ты не много имеешь силы, и сохранил слово Моё, и не отрекся Имени Моего". Хээээпи-энд!



Вот такой вот фильм. Даже по сравнению с "Золотом, прошедшим сквозь огонь" - полное дерьмо. Там хотя бы клюква была годная, динамика и история духовного роста. А тут 2 часа 17 минут (а-а-а-а!!!!) меня мурыжили банальной скучной историей о преследованиях нищастных сектантов с семейной санта-барбарой. И все это с ужасной актерской игрой бездарей-баптистов из колледжа, чудовищной затянутостью и занудностью и горой кислой скучной клюквы про злой КГБ и тупых коммуняк. Из плюсов - над аутентичностью реально работали. Подобрали похожие автомобили, купили настоящую одежду, даже форму весьма похожую нашли, а седану-"Волге" даже декоративную накладку присобачили. И это в любительском-то фильме, где даже музыка была от университетского оркестра. Даже локации где-то добыли - я был уверен, что снимали в Ленинграде и Финляндии, как у Петьки Смыслова. Но нет! Упоминания в сети говорят о Висконсине и реке Хакенсак в Нью-Джерси! И отмечу справедливости ради, что роль выродка Смирова исполнил лично дрессировщик этого балагана-университета Bob Jones University - лично Боб Джонс. Отвратительного отталкивающего мерзавца отыграл великолепно. Не играл - буквально жил!

В общем, нормальное было бы кино, если бы были массовые расстрелы. А так ни за чот. Надеюсь, Иисус за это авторов искупает в чане с горящей серой, но это неточно. Наздоровье.
Tags: 1) Отборная клюква, а) Кино
Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment