New Rodina щедро поила его - березовым соком, березовым соком.
"Дополнительные подозрения в том, что смерть Уильямса связана с Россией, возникли, когда оказалось, что его бывшая квартира принадлежит частной компании New Rodina. По-русски rodina означает «родина», а название «Общество Родина» было использована для прикрытия деятельности КГБ на Западе в годы холодной войны".
http://www.inosmi.ru/europe/20110815/173377225.html
Это, помнится, у Флеминга в "Из России с любовью" так разоблачили советского агента: ехидное КГБ, обожающее всякие символы и игру слов, спроворило ему фальшивые документы на обычную англосаксонскую фамилию "Наш", но дошлые герои романа сразу просекли, что по-русски это, конечно, означает "Наш человек".
Я, правда, полагал, что кровавая гэбня только в шестидесятые была такая тупая, что ради эффектной шутки нарушала простейшие правила конспирации. Оказывается, нет. Комиссары до сих пор уверены, что никто на Западе не сумеет прочитать их коварное кровавое "rodina".
И да, приезд русских разведчиков на мокрое дело на автомобилях с дипломатическими номерами - это, конечно, отдельная осенняя жалобная песнь кузнечика. Плакал, истинно плакал. Почему больше не снимают хороших черно-белых антикоммунистических политических детективов, как в тридцатые? Отличный сюжет пропадает.
http://www.inosmi.ru/europe/20110815/173377225.html
Это, помнится, у Флеминга в "Из России с любовью" так разоблачили советского агента: ехидное КГБ, обожающее всякие символы и игру слов, спроворило ему фальшивые документы на обычную англосаксонскую фамилию "Наш", но дошлые герои романа сразу просекли, что по-русски это, конечно, означает "Наш человек".
Я, правда, полагал, что кровавая гэбня только в шестидесятые была такая тупая, что ради эффектной шутки нарушала простейшие правила конспирации. Оказывается, нет. Комиссары до сих пор уверены, что никто на Западе не сумеет прочитать их коварное кровавое "rodina".
И да, приезд русских разведчиков на мокрое дело на автомобилях с дипломатическими номерами - это, конечно, отдельная осенняя жалобная песнь кузнечика. Плакал, истинно плакал. Почему больше не снимают хороших черно-белых антикоммунистических политических детективов, как в тридцатые? Отличный сюжет пропадает.
